Похожее изображение

Самолет летел на Кавказ, а я тем временем пытался раскрыть “загадку века”. Почему Грузия – страна, с которой Россия воевала и с которой у нас до сих пор нет дипломатических отношений – является для граждан РФ очень модным и популярным туристическим направлением? И почему Армения – не менее красивая страна, чем ее соседка, но являющаяся при этом политическим союзником Москвы, – остается для наших туристов во многом неизведанной территорией? После пятидневного путешествия по Армении у меня появилось чувство, что я наконец нашел ответ. Все дело в том, что мы очень хорошо знаем и при этом совершенно не знаем Республику Армения.

Мы знаем, что в 1988 году в Армении произошло страшное разрушительное землетрясение. Мы знаем, что вот уже почти 40 лет Армения находится в состоянии перманентного острого конфликта с соседним Азербайджаном. Мы знаем, что Армения пережила чудовищный экономический кризис и до сих пор находится в состоянии частичной транспортной блокады. Но мы не знаем другой Армении. Мы не знаем Армению как страну с потрясающе красивой природой и не менее потрясающими древними памятниками. И мы не знаем Армению как страну, в которой совершенно по-особому относятся к русским.

Самолет, в котором я предавался философским размышлениям, приземлился в Ереване поздно ночью. И пока мы ехали в центр города по темным и безлюдным улицам, я начал было опасаться: неужели здесь до сих пор живут как в самые тяжелые моменты кризисных 1990-х? Но не зря говорят, что утро вечера мудренее. Проснувшись на следующий день, я очень быстро осознал: в Ереване живут не как в “темные” 90-е. В Ереване живут, как в моих светлых и радостных воспоминаниях о моем детстве в 70-х и 80-х.

Ереван – это один из древнейших городов мира. Считается, что его основал в 782 году до нашей эры самый могущественный царь древнего государства Урарту Аргишти I (для справки: Рим был основан в 753 году до нашей эры, Париж — в III веке до нашей эры, Киев — в 482 году уже нашей эры). Но древность основания города — это вовсе не гарантия его быстрого роста или наличия на его территории большого числа исторических памятников. В начале ХХ века губернская столица, город Эривань (название Ереван стало официальным только в 1936 году), была довольно-таки заштатным поселением с 30 тысячами жителей.

Сегодня в Ереване живет больше трети трехмиллионного населения Армении. Город в его нынешнем виде сложился в основном в советский период. Но не спешите разочарованно пожимать плечами. Скучные и безликие коробки из стекла и бетона начали заполнять улицы наших городов при позднем Хрущеве и раннем Брежневе. А вот ансамбль городской застройки центра Еревана, к счастью для него, сложился раньше — во времена, когда нормой считались классические архитектурные формы. Центр Еревана — это самый настоящий малинник для тех вроде меня, кто является ценителем и почитателем стиля “сталинский ампир”.

У архитектурного своеобразия Еревана есть и еще одна причина. Современная Армения – это страна с размером территории чуть больше, чем у Албании, но чуть меньше, чем у Бельгии или Молдавии. Однако, по некоторым данным, на этой крошечной территории сосредоточено до 90% мировых запасов туфа – горной породы, из которой получается очень прочный и очень красивый строительный материал. Именно армянским туфом, например, облицовано здание секретариата ООН в Нью-Йорке. А в самом Ереване здания из туфа разных оттенков можно видеть повсюду. И это придает городу дополнительный колорит.

Однако основа ереванского колорита — это, конечно, не туф. Это нечто труднообъяснимое и труднопередаваемое. Это нечто, чьим ближайшим эквивалентом является понятие “атмосфера”. Поздним вечером мы вышли из гостиницы погулять и быстро оказались на площади у оперного театра. Оказались – и не захотели оттуда уходить. Ярко освещенная огромная площадь была усеяна уличными кафе и самыми разнообразными развлечениями для детей. И все это не пустовало. Мне показалось, что на прогулку на площади вместе с нами вышел весь Ереван. Обычно я не люблю находиться в месте большого скопления людей. Как и для многих других жителей мегаполисов, слово “толпа” является для меня неофициальным синонимом слова “опасность”. Но на площади у Ереванского оперного театра в воздухе было словно разлито ощущение умиротворенности и полной безопасности. И, как выяснилось потом, это ощущение не было субъективным.